Историко-географическое общество "АВАЛОН"
начало / проекты / реализованные / "Китай - Юго-Запад 2007" / Субтропический челлендж
 

СУБТРОПИЧЕСКИЙ ЧЕЛЛЕНДЖ

Предисловие
Глава 1. А ПОТОМ КТО-ТО ВКЛЮЧИЛ ДОЖДЬ
Глава 2. ПО ГЛИНЕ К ЭТИМ САМЫМ
Глава 3. ТУМАНЫ ЮННАНИ
Глава 4. ПО ДОРОГЕ ИЗ СЕРОГО БУЛЫЖНИКА
Глава 5. ЗА ГУЛЯРОМ В ЛИЦЗЯН
Глава 6. NO PROBLEM - ЭТО НЕ ПО-КИТАЙСКИ

Глава 4. ПО ДОРОГЕ ИЗ СЕРОГО БУЛЫЖНИКА

Прелести G213
Булыжная дорога

Конечно, во времена Римской империи, дороги, мощёные камнем, были, в связи с всеобщим бездорожьем, явлением прогрессивным. Но за многие столетия, что прошли с тех далеких времён, ситуация существенно изменилась, и человечество придумало массу других, более комфортных для передвижения, видов дорожного покрытия. Только вот до китайской глубинки они почему-то не дошли, и дорога, соединяющая провинции Сычуань и Юннань, на своем самом трудном горном отрезке, была уложена серыми булыжниками. Никогда бы не подумал, что трасса с индексом «G», каковой была данная дорога (G213), может быть неасфальтированной, но реальность была именно такой.

Скорость - 6 км в час
Пешком по Китаю

Ехать по булыжникам было неудобно как вверх, так и вниз, и погода уже не так сильно влияла на скорость нашего передвижения – она в любом случае была очень низкой. Потому как большую часть тех километров мы прошагали пешком, ведя велосипеды рядом. Как это ни парадоксально, но с горем пополам ехать по этой дороге можно было только тогда, когда булыжники были хорошенько измазаны глиняной грязью, прямо-таки вспоминались всякие там школьные правила про то, что минус помноженный на минус даёт плюс. Но больше всего раздражала мысль о том, что такая дорога может продолжаться до самого Куньмина. К тому же, кто-то из местных сказал Алану, что это на самом деле так и есть. Мы, конечно, старались не верить данной информации, но беспокойства она добавляла.

Очередной подъем
Невеселая фотосессия

На этом участке пути мы окончательно поняли, что Куньмин станет финальной точкой нашего велосипедного путешествия, и дальше, в Лицзян, мы отправимся уже на общественном транспорте. Во-первых, из-за всех наших злоключений, со временем у нас теперь была конкретная напряжёнка, и я боялся, как бы нам не пришлось продлевать визы (что несло дополнительные расходы), а во-вторых, мне просто было жалко наши измученные велосипеды, скрипевшие и дребезжавшие так, как будто бы они пытались протянуть свои последние километры.

Именно двигаясь по неудобной во всех отношениях булыжной дороге, я стал задумываться о том, как начало меняться моё мнение о Китае. Так, я уже не склонен считать Китай страной хороших дорог, ведь большая часть нашего пути прошла по такому дорожному покрытию, которое могло бы считаться хорошим лет сто назад, но не сейчас. Я уже не думаю, что Китай – это рай для велосипедиста, потому как прочувствовал на себе по-настоящему «адские» условия. Ведь на идеальные асфальтовые хайвэи вход для велосипедистов зачастую закрыт, и человек на своих двух колёсах вынужден месить глину или маневрировать по скользким булыжникам.

Вот бы к ним в корзинку...
Крестьяне

Сколько же раз я вспомнил за эти дождливые холодные дни про Памир и памирцев, про их душевное и бескорыстное «почайкуем?». Нет, здесь никто не приглашал путников к себе. Хотя, кто знает… Может и приглашал. Всё-таки в китайскую глубинку нужно ехать со знанием китайского языка.

За время своих путешествий я уже стал считать почти правилом спокойствие и дружелюбие горных собак. Так было в Гималаях, так было на Памире, но китайские весьма отличаются. Если городские собаки всегда спокойные и воспитанные, а временами могут даже поражать своей сообразительностью (лично видел одну собачонку, которая переходя улицу, дошла до её середины и стала на разделительной полосе, потом посмотрела направо и только после этого продолжила свой путь), то собаки в деревнях разочаровывают своей тупостью и агрессивностью. Очевидно, сказывается близость Тибета, ведь тибетские собаки уже давно стали притчей во языцех для путешественников всего земного шара.

Лимпопо
Лимпопо и велосипеды

Китайская глубинка – это ещё и то самое место, где можно вполне легко и быстро разубедиться в глобальной власти всемогущего доллара. Уже хотя бы потому, что ни одно банковское отделение в провинции не согласится менять доллары на юани. Наши несколько сотен баксов не стали исключением и пролежали мёртвым грузом всё то время, пока мы, проявляя чудеса изобретательности и экономности, пытались прожить около четырёх дней на оставшиеся тридцать с небольшим юаней (примерно пять долларов). В нашем рационе плотно прописалась обычная негазированная вода и вездесущая китайская лапша. Разнообразия прибавлял и достаточно большой запас карагандинского шоколада, который мы бережливо расходовали на протяжении всего путешествия.

На самом деле, нас много раз посещали мысли о том, чтобы попробовать зайти в какое-нибудь кафе и заказать просто риса, то есть, по сути, гарнир без основного блюда. Ведь рис в китайских кафе подаётся бесплатно, так же как и чай. Динец писал о том, что после того, как он заказывал «пустой» рис, его обычно плотно и вкусно кормили, причём бесплатно. Значит, теоретически возможность такая существовала, но мы что-то так и не решились побыть в роли нищенствующих странников. Может быть, и зря.

очередной могильный камень
Километровый столб

Но мы, конечно, не могли бы никуда ехать, если бы нас хоть чуть-чуть не подогревали надежды. И надежды эти были двух разновидностей. Во-первых, мы могли предполагать, что информация Алана, полученная от местных, была не совсем правдивой, и асфальт начнется намного раньше, чем в Куньмине. Во-вторых, теперь мы просто пламенно желали наткнуться на недостроенный хайвэй, затащить любыми правдами и неправдами на него наши велосипеды и сменить, наконец, уже вымотавший всю душу скользкий булыжник пусть и на недоделанный, но всё-таки асфальт. Вот так, в мечтах о лучшей дороге, километр за километром, мы продвигались к Куньмину.

И в конце концов, асфальт всё-таки начался. Причем, как всегда, китайская дорога не давала расслабляться, и прежде, чем попасть на него, нам пришлось изрядно попотеть. На выезде из очередной деревни моим глазам предстал мост, который, при ближайшем рассмотрении, оказался проезжей частью строящейся магистрали. Затащив велосипеды и сумки наверх, что представляло собой, в некотором смысле, чудеса гимнастики, мы покатили по асфальту. Но, проехав около пяти километров, наткнулись на туннель. Причём, из темноты его слышались не звуки едущих автомобилей, а шум строительных машин. Став у входа в туннель, мы стали ждать кого-нибудь, дабы не на своем, а на чужом опыте убедиться в том, что он непроходим. Небольшой грузовичок не заставил себя долго ждать, заехав в туннель и вернувшись через минуту обратно. На мои вопросительные знаки, водитель, усиленно жестикулируя, отвечал, что «проезда нет». Мы снова слезли с автострады и поехали по булыжникам, которые, к счастью, очень скоро сменились на посредственного качества асфальт. Но это был подъем на небольшой перевал, поэтому мне казалось, что это всего лишь временное явление. Зато, когда мы спустились с перевала и увидели толл-гейт, за которым начинался нормальный и ничем не испорченный хайвэй, я, наконец, смог обрадоваться. Теперь казалось почти очевидным, что до самого Куньмина мы будем ехать по асфальту, причем, не по старой 213 дороге, а по новейшей автостраде, которая просто обязана быть короче и удобнее своей «предшественницы».

И поехали они долго и счастливо
Да здравствует асфальт!

Едва заехав на хайвэй, мы расположились на обед, чтобы покушать печёной картошки, купленной незадолго до этого у одной местной бабушки. С продовольствием и деньгами в те дни было уже весьма плохо, так что рацион наш стал предельно простым. Поэтому, печёная картошка, пусть даже и полусырая внутри (китайцы просто не умеют хорошо готовить картошку - в этом мы убедились неоднократно), казалась пищей богов. И запивая её водой, мы уже строили планы о том, что будем делать в Куньмине.

Остаток дня мы посвятили вначале просушке наших вещей – на пару часов выглянуло солнышко, и этим нельзя было не воспользоваться, а затем крутили педали до самого заката, борясь со встречным ветром (китайская дорога вновь показывала свой крутой нрав и даже на спусках держала нас в напряжении).

Переночевав прямо возле автострады на небольшом бетонном возвышении непонятного назначения, ранним утром следующего дня мы двинули в поисках городка, который, судя по указателям, находился совсем рядом. Но вскоре выяснилось, что сей населенный пункт был отнюдь не искомым нами Дончуанем (последний, как оказалось позже, вообще располагался в стороне от маршрута), а какой-то небольшой деревней. Так и не найдя банка или обменника, мы продолжили наш путь. И совсем скоро, перед въездом в один из туннелей, увидели обнадеживающую надпись – «Впереди 16 километров медленного спуска».

Мои солдаты, за этими горами нас ждет горячая еда, вино и женщины!
За горами - Куньмин

Надо сказать, что последние километров двести мы ехали уже практически без тормозов – колодки после всех «прелестей» дороги были стёрты почти начисто. Но и это нас не останавливало – ведь сейчас мы практически «летели» к окончанию нашего велосипедного маршрута. Около девяти утра, проехав значительно больше указанных шестнадцати километров, мы уже начали понимать, что Куньмин находится где-то «за теми горами». И это приятно грело душу.

Но другие мысли не давали нам покоя: впереди были выходные, а с деньгами был полный крах, несмотря на наличие нескольких сотен долларов, по сути денег у нас не было, так как имеющиеся двадцать юаней не позволили бы ни устроиться в гостиницу в Куньмине, ни купить еды. Тогда мы ещё не знали, что и банки, и почтовые отделения в крупных китайских городах работают и по субботам, поэтому весьма волновались по поводу того, что мы будем делать, приехав в Куньмин совсем без денег и не имея возможности поменять доллары.

Видя по карте, что рядом с дорогой находится довольно большой город, мы решили сделать очередную попытку найти банк и обменять американские деньги на китайские, чтобы не волноваться по поводу нашего приезда в Куньмин. Однако, с банками здесь была всё та же проблема – никто не хотел менять доллары. Я, конечно, могу предположить, что работники провинциальных отделений могли их в жизни ни разу не видеть и потому бояться с ними связываться, но, скорее всего, это какой-то узаконенный маразм, и обменом валюты разрешено заниматься только крупным банковским отделениям в городах.

А теперь представьте себе ситуацию: денег у вас осталось очень мало и самым разумным вариантом было бы купить еды подешевле, дабы протянуть подольше. Но вы не ищете лёгких путей и склонны к авантюризму, поэтому решаете на довольно значительную часть этих денег купить пива… Каким же должно быть ваше разочарование, когда ни в одном из магазинов городка вы не находите холодного пива? Я вообще считаю, что фраза «холодное пиво» представляет собой тавтологию вроде «масло масляное», потому как пиво нехолодное – это и не пиво вовсе. Однако, китайцы, очевидно, думали иначе. А когда мы вернулись к хайвэю, другие китайцы решили, что негоже велосипедистам давить своими колесами его идеальный асфальт и направили нас на другую дорогу сомнительного качества и протяжённости.

Но не на тех напали! Мы, конечно, не стали брать штурмом этот злополучный толл-гейт, а проклиная его охранников, уныло поехали по дублирующей дороге, однако, ни на минуту не упуская из поля зрения вожделенную магистраль. И вот, через пару километров, глаза смогли разглядеть нормального качества дорожку, ведущую к автостраде, а при втором приближении, и сделанную чьими-то заботливыми руками (а точнее, кусачками) дырку в колючей проволоке, служащей охранительным заграждением от непрошенных гостей. Это был шанс, которым мы просто обязаны были воспользоваться. Поэтому, уже через десять минут, затащив велосипеды и сумки по крутому склону наверх, мы наслаждались идеальным асфальтом. Мысли о завтрашнем прибытии в Куньмин снова стали реалистичнее, и педали крутились от этого ещё быстрее. Последний шоколад, остававшийся у нас, был съеден во время одного из привалов, устроенного в тени очередного моста. Выглядело это так, словно мы говорили самим себе: «Рубикон пройден, и назад пути нет», имея ввиду, что Куньмин должен быть нашим не позднее завтрашнего утра.

Очередной толл-гейт, преграждавший нам путь, мы, не желая полагаться на волю случая, прошли на максимальной скорости, не оборачиваясь и не притормаживая. А сразу за ним нам посчастливилось найти, наконец, автозаправку с магазинчиком, где мы смогли на последние деньги купить пару бутылок пива, минералки и, конечно же, китайской лапши.

Проехав ещё километров десять, мы решили сделать небольшую остановку. Расположившись на камушках за обочиной дороги, мы с Леной испытали почти божественное наслаждение, выпив, наконец, пива (пускай и не очень холодного). А потом мы снова сели на велосипеды и двинули в путь с намерением проехать ещё километров десять и остановиться на ночёвку. И всё так бы и было, если бы через некоторое время нас не догнала и не остановила полицейская машина.

Таксополиция
Добрый полицейский

В связи с дальнейшими событиями очень долго вспоминалась старая реклама про некоего Макса, который, выпив фанты, в конце концов, тормознул самолёт. Проехав с утра уже около 120 километров, мы совсем не ожидали проделать ещё 50 и попасть в Куньмин в тот же день. Однако, сообразительные и великодушные китайские полицейские, после наших рассказов о том, откуда мы и куда едем, решили сделать именно так. Смею представить себе, как бы поступили в подобном случае наши «стражи порядка»: они ловят иностранцев на велосипедах, едущих там, где велосипедистам ездить нельзя, иностранцы сии только что пили пиво, что, скорее всего, очень красноречиво чувствуется в непосредственной близи от них, иностранцы не говорят на местном языке и, по сути, беспомощны. Так вот, думается, что этих несчастных повезли бы в направлении, противоположном цели их путешествия, и повезли бы в отделение полиции для того, чтобы разбираться с нарушителями порядка, и походу попытаться выжать у них немного (а может быть, и много) денег. Но, к счастью, китайские полицейские совершенно не такие (не устаю каждый раз этому удивляться). Наши велосипеды, даже не разбирая, умудрились засунуть в багажник полицейской машины, потом туда же загрузили наши сумки и рюкзаки. Мы с Леной были усажены на задние сиденья, и машина тронулась по направлению к Куньмину. Добравшись чуть ли не до центра города, мы были высажены с пожеланиями счастливого пути и подробными инструкциями по поводу того, как нам добраться до того места, где мы собирались поселиться.

В обществе ящера-велосипедиста
Приехали

К сожалению, уже было довольно поздно для того, чтобы банки работали, поэтому мы решили положиться на удачу и попробовать договориться в гостинице насчет оплаты на следующий день. К счастью, у нас это получилось, и этот вечер мы провели в четырехместном номере знаменитого куньминского хостела «Hump», расположенного прямо на главной площади города. Символичной была картинка, нарисованная на стене перед входом в хостел: нас встречал древний ящер верхом на велосипеде со здоровенным рюкзаком за спиной. Что-то подсказывало, что мы не ошиблись с выбором места для ночлега.

Позади было более 1200 километров пути, и большая часть этого расстояния была буквально вымучена нами и нашими велосипедами. «Героизма» на эту поездку было уже более, чем достаточно, и теперь хотелось просто расслабиться и отдохнуть душой и телом.

[0] [1] [2] [3] [4] [5] [6]

   
   

©ОО ИГО 'АВАЛОН', 2005-2016
Перепечатка материала - только с указанием источника