Историко-географическое общество "АВАЛОН"
начало / проекты / реализованные / экспедиция "Бадахшан 2007" / По эту сторону Пянджа
 

ПО ЭТУ СТОРОНУ ПЯНДЖА

Предисловие
Глава 1. ОКОЛЬНЫМИ ПУТЯМИ В СТОЛИЦУ ПАМИРА
Глава 2. ИСТОРИЯ ПОВТОРЯЕТСЯ
Глава 3. ТВЕРДЫНИ ВАХАНСКОЙ ДОЛИНЫ
Глава 4. ПАМИРЦЫ И БАДАХШАНЦЫ
Глава 5. НЕ НУЖЕН ВАМ БЕРЕГ АФГАНСКИЙ
Глава 6. ДОМОЙ

Глава 5. НЕ НУЖЕН ВАМ БЕРЕГ АФГАНСКИЙ

Когда я, наконец, оказался в Горном Бадахшане, сам собой стал вопрос о том, чтобы посмотреть и на земли, лежащие по другую сторону Пянджа. Тем более, что в Хороге располагалось консульство Афганистана. Но, к сожалению, визит в него оказался для меня безрезультатным. Даже несмотря на присутствие уроженца Афганистана Вахиба, говорящего о том, что в Файзабад я направляюсь вместе с ним, работники консульства были настроены весьма враждебно по отношению к гражданам Казахстана, объясняя это аналогичным отношением казахстанских дипломатов в Кабуле к афганцам. Ставка консульского сбора, без всяких вразумительных причин, была завышена в два раза, с меня также требовалось предоставить письмо от какой-то туристической организации, выдаваемое, как я полагаю, тоже не безвозмездно.

Надо сказать, что мы попали в Горный Бадахшан, и так уже довольно «похудевшими» в финансовом смысле, так как при милицейском досмотре в Бишкеке из моего кошелька загадочным образом пропала часть денег. Поэтому, платить в несколько раз больше, чем полагается, да еще и ради всего лишь двух-трех дней в Афганистане, стало казаться несколько нелогичным. Так вот, по вине казахстанских и афганских дипломатов, а также бишкекских ментов, двери Афганистана оказались для меня закрытыми. А это очень трудно выносить, особенно когда едешь вдоль Пянджа, чья ширина в некоторых местах не превышает пяти-шести метров, и понимаешь, что совсем близко идет какая-то совсем другая жизнь, и живут совершенно другие люди.

Горный Бадахшан - по другую сторону Пянджа
там за рекой Афганистан

Несмотря на тот факт, что народы, живущие по обе стороны Пянджа, являются очень родственными (ведь река, по вине большой политики, просто разделила княжества Шугнан, Рушан и Вахан на части), за те сто с лишним лет, что прошли с момента разделения, судьбы их развивались совершенно разными путями. И несмотря на то, что моих собственных впечатлений об Афганистане мне будет не доставать, рассказов о той стороне Пянджа я наслушался предостаточно, и в данной главе я сделаю попытку суммировать их и рассказать о том, что же все-таки из этого разделения получилось.

Сделав экскурс в историю, мы узнаем, что Памирские княжества Шугнан, Рушан и Вахан существовали еще со средних веков. К девятнадцатому веку все они попали в вассальную зависимость к Бухарскому ханству, над которым, в свою очередь, был установлен в 1868 году протекторат Российской империи. Границы княжеств не было строго определенными, тем более в таком клокочущем страстями регионе, да еще и в соседстве с афганским эмиром Абдуррахман-ханом, который прославился своей особой нелюбовью по отношению к «неверным» (а большинство населения Бадахшана как раз подпадало под это определение) и очень часто показывал её на деле, организовывая кровожадные нападения.

Участники «Большой игры» в Центральной Азии - Российская и Британская империи рассматривали в XIX веке Памир в качестве особо стратегического региона. Одной из причин повышенного внимания к региону со стороны англичан являлся предположительный план военного похода российских войск через горы Памира в британскую Индию. Обе стороны делали попытки закрепиться на Памире, и в то время эти места просто кишмя кишели географами, этнографами, разнообразными путешественниками и учеными и, конечно же, военными, но у всех у них была одна главная задача – разведывательная, потому как никто не осмеливался предпринять решительные действия. Порывы военных с обеих сторон сдерживали дипломаты и политики, опасавшиеся слишком открытой конфронтации.

В конце концов, Российская и Британская империи пришли к обоюдовыгодному решению, которое было закреплено рядом межгосударственных договоров и окончательно оформлено в 1896 году. В соответствии с договором, граница между зонами влияния устанавливалась по реке Пяндж, а Ваханский коридор (полоска левого берега) передавалась афганскому эмиру. Таким образом, обе державы получили буферную зону между своими владениями, дабы не искушать судьбу и избавить себя от возможных пограничных конфликтов. Естественно, что интересы местных народов тут учитывались в последнюю очередь, значение имели лишь интересы обеих империй, да очевидная простота в разграничении владений по естественному водному рубежу. Так, земли бадахшанских княжеств оказались разделенными по географическому принципу, без учета этнического деления. Граница между современным Таджикистаном и Афганистаном по сей день проходит большей частью по той самой, установленной договором, линии. И по сей день, существует два Бадахшана – таджикский и афганский.

Сложно сказать, каких последствий для современного Горного Бадахшана у этого разделения было больше – положительных или отрицательных. Да, родственников во многих случаях стала разделять граница, порушились многолетние родовые связи, пришли в упадок какие-то сферы местной экономики. Но, с другой стороны, в афганской части Бадахшана до сих пор отсутствуют асфальтовые дороги, подавляющее большинство населения живет в условиях, весьма близких к средневековым, а уж по поводу спокойствия на земле Афганистана долгое время речи и вообще не шло. Да и российские войска, пришедшие на Памир в конце XIX века, буквально спасли бадахшанцев от террора афганского эмира, именно поэтому местное население до сих пор с таким теплом относится к русским. И в целом, переход в российское подданство всегда воспринимался здесь, как единственно правильное решение, без попыток представить данную страницу своей истории в качестве колонизации.

В левобережье рек Пяндж и Памир проживают не только родственные таджикским памирцам народы, но также и кыргызы, попавшие туда (речь идет о Ваханском коридоре) в тридцатых годах прошлого века. Тогда, спасаясь от советской власти, лидер памирских кыргызов, Рахманкул-хан откочевал с подчиненными ему людьми на так называемый Малый или Афганский Памир. В течение довольно продолжительного времени жизнь кыргызов, поселившихся в афганской части Памира, была относительно благополучной, а Рахманкул-хану афганским монархом был даже присвоен титул «Защитник Памира». Однако, те кыргызы, которые остались в Ваханском коридоре до наших дней, это всего лишь остатки подчиненных Рахманкулу родов, не пожелавшие покинуть пастбища в конце семидесятых годов, когда основная часть народа, испуганная революцией в Афганистане, пустилась в долгие скитания и, в конце концов, обрела родину в Турции. Кыргызы, живущие в таджикской части Памира и бывающие по каким-то делам в Афганистане, отзываются о жизни афганских кыргызов очень отрицательно, говоря, что на той стороне реки все еще средневековье. Долгая изоляция не способствует соответствующему развитию людей, которые до сих пор не получают нормального медицинского обслуживания и хотя бы примитивного образования, а также почти поголовно употребляют наркотики. Однако, мало кто из них хочет оставлять ставшие родными им пастбища Малого Памира, предпочитая неизвестности жизнь в изоляции и нищете.

Наркотики и Афганистан уже долгое время вызывают в умах людей взаимные ассоциации. И отнюдь, не зря: м ногие говорят, что Хорог развивается не только благодаря деятельности международных организаций. Близость к Афганистану делает Горный Бадахшан первым перевалочным пунктом в торговле героином. Отсюда он начинает растекаться по Кыргызстану, Казахстану и России, а потом и еще дальше. Не могу сказать, что здесь присутствует отрицательное отношение к торговле наркотиками. Да, наркоманы – это плохо, это отбросы общества и почти единственные люди в Бадахшане, которые способны поднять руку на чужую вещь, но торговля – это другое, это бизнес, который позволяет выжить и прокормить семью в тех совсем нелегких экономических условиях, в которых в настоящее время находится Горный Бадахшан.

По причине столь буйного развития наркоторговли, левобережье Пянджа не столь сильно поддерживается международными гуманитарными организациями, как это имеет место в таджикской части Горного Бадахшана. Но, в целом, афганская провинция Бадахшан уже долгие годы является относительно спокойным местом. В годы войны с движением «Талибан», в столице Бадахшана, городе Файзабаде располагалась временная ставка правительства Северного Альянса, руководимого легендарным Ахмад-Шахом Масудом. И эта, самая северная из афганских провинций, так никогда и не была занята талибами.

После нескольких дней в долине Пянджа у нас создалось впечатление, что граница между Таджикистаном и Афганистаном в наши дни отнюдь на «на замке». Местные говорят, что ситуация пока что сдерживается тем фактором, что у афганцев своих проблем хватает и на правый берег Пянджа их не особо тянет. Говорят, что раньше, до ухода из Таджикистана российских войск, пограничные патрули и заставы были широко распространены в Ваханской долине. Теперь же, за несколько дней пребывания, мы наткнулись на патруль всего лишь дважды, причем в первый раз, пограничники сделали вид, что не замечают нас, развернувшись лицами к Пянджу, а второй раз проверили документы, когда мы сидели возле магазина в Шитхарве, и очевидно, по причине того, что им просто нечего было делать. И хотя я ратую за отсутствие границ и барьеров, препятствующих общению между людьми, по-моему, это не тот случай.

[0] [1] [2] [3] [4] [5] [6]


Журнал ЭКС

Компания Limpopo - Всё для активного спорта и отдыха




©ОО ИГО 'АВАЛОН', 2005-2017
Перепечатка материала - только с указанием источника